26.05.2009

Компания обвиняет бывшего сотрудника в разглашении тайны

С 21 по 23 мая в Ростове известный бизнес-тренер Александр Левитас провел два открытых семинара. Только вместо первоначально оговоренной площадки — «ВертолЭкспо» — принимающей стороной стала компания «Эркон». Это случилось потому, что Юрий Козинцев, несколько месяцев готовивший приезд Левитаса в «ВертолЭкспо», в апреле поменял место работы, став совладельцем компании «Эркон Бизнес-события».

Увидев, что «Эркон» начал продажу семинаров Левитаса, компания «ВертолЭкспо» подала на Козинцева в суд, сочтя, что он нарушил трудовой договор в части, касающейся коммерческой тайны (см. врезку «Из текста иска»). Как поясняют юристы «ВертолЭкспо», «ответчик разгласил информацию о запланированных сроках и месте проведения семинара; в процессе переговоров Левитас обозначил индивидуальные, неимеющиеся в открытых источниках условия, на которых он согласен проводить семинар. Результатами этих переговоров, ведущихся от лица компании «ВертолЭкспо», ответчик воспользовался при организации мероприятий в другой компании».

От Козинцева требуют возместить убытки «в виде реального ущерба (в том числе расходные материалы и персональная надбавка к заработной плате за неразглашение коммерчес-кой тайны) и упущенной выгоды» в размере 115 тысяч рублей.

Менеджмент «ВертолЭкспо» приложил все усилия, чтобы конфликт стал достоянием общественности.

— Я даже не оцениваю вопрос с точки зрения юридических перспектив. Просто с позиции работодателя я хочу привлечь внимание к проблеме. Считаю, что человек поступил непорядочно, — говорит директор «ВертолЭкспо» Сергей Шамшура. — В выставочном бизнесе легче — он не так завязан на людей, выставки нужно регистрировать как торговую марку, перенести их означает перенести нечто материальное, а вот тренинги «увести» легко. Посмотрим, что скажет суд: если укажет нам, чего ему не хватило, чтобы признать коммерчес-кую тайну нарушенной, мы это учтем. И договор с новым сотрудником подпишем уже исходя из этого.

Юрий Козинцев, со своей стороны, трактует ситуацию так:

— Я говорил руководству «ВертолЭкспо», что пора платить Левитасу аванс, но принятие решения затягивалось. А все, что до оплаты и заключения договора, — это лишь разговоры о намерениях. Так что на новом месте работы я начал конкуренцию за свободный ресурс — и просто сработал оперативнее. Левитас прилетает на семинары из Израиля, и ему нужен четко утвержденный график. Что касается якобы раскрытия методики работы, то она у всех одна и та же. Использование клиентской базы? Ростов — большая деревня, мы все крутимся на одних и тех же мероприятиях. Внутренняя база «ВертолЭкспо» по Ростову взята из открытых источников. А на уровне продажи семинаров и тренингов все строится на личных знакомствах. И куда мне девать эти знакомства после смены места работы? Выбросить из головы?

Позицию директора компании «Эркон» Эркена Андержанова Юрий Козинцев передает так: претензии истцов наивны, потому что ежедневно тысячи людей меняют работу и используют на новой работе свои знания и навыки.

Коллеги Козинцева по рынку тренинговых услуг считают, что претензии работодателя мало обоснованы.

— Сфера открытых тренингов — не та, где зарабатываются большие деньги, так что ничего особенного «ВертолЭкспо» не потерял, — говорит Мария Пономарева, руководитель компании «Классный час». — А для Юрия Козинцева ситуация оборачивается очень своевременным пиаром. Равно как и для Александра Левитаса: он выглядит звездой, из-за которой все дерутся, как раз перед его приездом на семинар.

Опрошенные N юристы расходятся во мнениях о судебных перспективах иска: кто-то полагает, что, если не будет мирового соглашения, дело может дойти и до Верховного суда, кто-то считает позицию истца слабой, потому что договор с бизнес-тренером не был подписан. В подобных спорах непросто доказать нарушение режима коммерческой тайны и особенно факт передачи информации конкурентам.

— Не помню публичных споров по этому поводу, так что это — событие. Придание иска огласке в данном случае правильный шаг со стороны истца, чтобы ростовские бизнесмены задумались, что пора бы уже обсудить проблему рисков при уходе работника, — считает Игорь Степанов, партнер юридической фирмы «Эберг, Степанов и партнеры». — Проблема есть, просто она решается кулуарно, в том числе силами собственных служб безопасности. Думаю, что судебное решение создаст некую практику, на которую руководители фирм смогут ориентироваться.

До сих пор проблемы с сотрудниками решались кулуарно

Ущерб бизнесу наносится всегда, когда ключевой сотрудник покидает компанию — даже если он уходит к конкурентам или в собственный бизнес с пустыми руками и чис-той флэшкой. Просто в современной экономике любой бизнес зависит от людей. Джентльменские соглашения работают лучше, чем судебные решения.

Когда конкурирующее с «Эмпилсом» челябинское предприятие «Оксид» возглавил экс-руководитель ООО «Эмпилс-Цинк» Александр Ищенко, между компаниями начались трения и подозрения в недобросовестной конкуренции («Город N» писал об одном из инцидентов в № 825). Любой менеджер по работе с клиентами, ушедший из «Ростсельмаша» в «Агромашхолдинг», — потеря для ростовчан и приобретение для сибиряков. Яркий пример — конфликт акционеров зернотрейдера «Югтранзитсервис» в 2006 году, когда компанию покинула команда менеджеров во главе с директором Кириллом Подольским. Они сразу начали конкурировать с «ЮТС», основав группу компаний Valars. То, что ей удалось очень быстро выйти на ведущие позиции, говорит о том, что репутация и опыт менеджеров компании значат больше, чем ее кредитная история. Показатели же «ЮТС» сразу значительно ухудшились. Одной из причин ухудшения называли уход Подольского и команды. Новый менеджмент «ЮТС» сообщал тогда, что собирает обвинительную информацию против старого, обвиняя Подольского в махинациях, которые и подорвали в конце концов финансовую устойчивость компании. До суда дело не дошло. Недавно ГК Valars поглотила «Югтранзитсервис», купив 100% акций.

— Мне известен случай в Ростове, когда конкурирующая компания переманила менеджера, который занимался готовящимся инвестпроектом. Конкурент, получив информацию, предпринял действия «на опережение», — говорит управляющий партнер юридической компании «Лансдорф финанзен» Игорь Вареников.

В одной из ростовских торговых компаний буквально на прошлой неделе сотрудники были — возможно, в профилактических целях — оповещены о том, что изобличен недавно уволившийся менеджер, который предлагал конкурентам компании приобрести ее базу данных по клиентским взаимоотношениям. Он копировал ее понемногу, просто распечатывая ежедневно по нескольку страниц. Руководителю компании позвонили из конкурирующей фирмы и с недоумением рассказали о сделанном им предложении — и тайное стало явным. Сработала корпоративная этика и солидарность бизнесменов. При этом вопрос, не купил ли все-таки кто-то ценную базу, остался открытым. Бывшему же сотруднику было сказано, что судебного преследования не будет, но его будущие работодатели будут оповещаться об этом поступке.

Директор брендбилдингового агентства BrandHouse Алиса Гордеева считает, что сейчас у работодателей нет инструментов, позволяющих полностью обезопасить себя от утечки информации, — остается рассчитывать на честь и совесть сотрудника, который дорожит своей репутацией:

— Не знаю, как сейчас, но несколько лет назад в Европе было негласное правило: человек, уйдя из компании в «свободное плавание», не может открывать собственный бизнес в той же сфере в течение 4 лет. Пример из нашей отрасли: несколько лет назад московское агентство маркетинговых исследований Validatа покинули сразу три топ-менеджера. Но при этом приняли решение никогда не работать с клиентами своего бывшего работодателя.

Сама г-жа Гордеева, проработав с 2000 по 2003 гг. руководителем направления «Создание новых брендов» в компании «Регата», к моменту ухода из компании была ценным кандидатом для любой конкурирующей фирмы.

— Николай Василенко заговорил со мной об уходе еще на этапе собеседования: «Чем профессиональнее ты будешь после «Регаты», чем ярче проявишься, тем лучше. Твои последующие достижения всегда будут рекламировать мою компанию». Увольняясь, я просто дала Василенко слово не работать с предприятиями алкогольной промышленности два года с момента увольнения (за этот срок рынок успевает полностью измениться). Меня переманивали сразу в питерскую алкогольную компанию, но это было невозможно.

Мнения юристов:

Светлана Янина, юрист юридической компании «Приоритет-Юг»:

— Среди юристов-практиков существуют два абсолютно противоположных мнения: одни полагают, что в данном случае упущенная выгода возможна ко взысканию, другие настаивают на обратном. Судебная практика в отношении дел подобного рода невелика и неоднозначна.

В любом случае увольнение работника, имевшего дело с конфиденциальной информацией, всегда представляет угрозу экономической безопасности. Для построения линии защиты интересов организации, понесшей убытки, необходимо четко определить объект коммерческой тайны, нарушение которого действия-ми бывшего работника причинило ущерб фирме. Информация и сведения, которые составляют коммерчес-кую тайну, должны иметь определенную коммерческую ценность в силу их неизвестности третьим лицам. Если информация может быть получена законным образом любым заинтересованным лицом (путем изучения печатных изданий, просмотра открытых баз данных, получением из общедоступных источников — рекламных проспектов, интернет-ресурсов и т. п.), то такая информация коммерческой тайной не является.

В данном случае необходимо документально подтвердить обоснованность требования о взыскании упущенной выгоды и доказать, что именно в результате действий работника, повлекших разглашение коммерчес-кой тайны, организация не получила те доходы, на которые была вправе рассчитывать.

Наталья Таран, партнер юридической компании «Лансдорф финанзен»:

— Классические примеры разглашения коммерческой тайны в Ростове:

страховой агент Б., покидая прежнее место работы — страховую компанию Х, забрала распечатку клиентской базы по договорам ОСАГО. Списки содержали анкетные данные клиентов, их адреса и сроки окончания договоров и составляли коммерчес-кую тайну страховой компании. Устроившись на работу в другую компанию, Б. стала переманивать автовладельцев, пользовавшихся услугами Х, предлагая им более выгодные условия страхования.

Получив тревожные сигналы от страхователей, руководство Х обратилось в органы внутренних дел с заявлением о возбуждении в отношении бывшей работницы уголовного дела по ч. 2 ст. 183 УК РФ. Б. было предъявлено обвинение в незаконном разглашении и использовании сведений, составляющих коммерческую тайну.

Мировой судья счел, что действия подсудимой квалифицированы правильно. Однако незаконное использование сведений, составляющих коммерческую тайну, было исключено из объема обвинения ввиду отсутствия достаточных доказательств. В результате Б. было назначено наказание в виде 6 месяцев лишения свободы условно с аналогичным испытательным сроком.

Другой случай. Экс-ведущего экономиста кредитного отдела ростовского филиала банка Х привлекли к ответственности за разглашение коммерческой тайны. Хедхантеры соблазнили специалиста более высокой должностью в конкурирующем банке Y, где ему был предложен оклад на 40% выше. В качестве подтверждения лояльности к новому работодателю ведущий экономист в последний день работы «слил» имеющуюся в распоряжении клиентскую базу банка Х. В связи с чем и был изобличен бдительными сотрудниками банковской службы безопасности.

Мнение бизнесмена

Николай Василенко, владелец ГК «Регата»:

— Профессионализм менеджера заключается в том числе в аккуратности и щепетильности к информации о компании, в которой он работает. Если из компании уходит менеджер, обладающий коммерчески ценной информацией, он, заботясь о своей репутации, о своем профессиональном будущем, не будет использовать ее против бывшего работодателя. Самое главное в защите информации — правильный подбор людей.

Из текста иска

«ВертолЭкспо» (юридически точно — ООО «ЭкспоСервис») считает разглашением коммерческой тайны то, что «ответчик передал в конкурирующую компанию информацию о сроках возможного проведения мероприятия, условиях работы тренера и его требованиях к организаторам мероприятий, величину гонорара, условия оплаты, банковские реквизиты для перечисления денежных средств, расписание проводимых тренингов А. Левитаса, наработанную ООО «ЭкспоСервис» своим трудом, связанным с определенными финансовыми затратами и включением человеческих ресурсов. Ответчик передал в конкурирующую организацию информацию, касающуюся планов, методик, содержания тренингов, схемы продвижения услуг на рынке и т. д.». Указывается, что «при минимальном количестве участников семинаров 10 человек размер упущенной выгоды составляет 75845 (семьдесят пять тысяч восемьсот сорок пять) рублей». «На основании того, что именно с того момента, когда ответчик уволился из ООО «ЭкспоСервис», ООО «Эркон» начало предлагать на рынке услуги по проведению бизнес-мероприятий Александром Левитасом, следует, что ответчик нарушил свое обязательство, подписанное им 15.10.2008 г., в части неразглашения коммерческой тайны третьим лицам». В иске подробно перечислены расходные материалы, зря приобретенные «ВертолЭкспо» для семинара.

Архив новостей